Ваше имя
Номер телефона
Заказ звонка продавцу
Отправить
Выбрать

Василий Селиванов: «Нужно просто сделать то, чего ждут люди»

Василий Селиванов

Генеральный директор компании LEGENDA Intelligent Development, строящей 
премиальный дом «Победы, 5», рассказал SPb Elite о том, чем похож элитный рынок на «Формулу-1», почему он не строит дома по принципу «как обычно» и какие «круги на воде» нужны, чтобы создавать новую среду.


— В июне прошлого года вы вышли на рынок с премиальным домом «Победы, 5». На какой стадии находится этот проект?

— Сейчас стадия активного строительства, мы вышли на уровень 9-го этажа, а к концу года планируем полностью построить все 14 и приступить к закрытию контура. Параллельно будут проводиться внутренние работы.

Много времени у нас уйдет на фасад и это осознанное решение – наш фасад один из самых сложных в городе с технической точки зрения. К тому же, в Петербурге не так много подрядчиков, занимающихся именно каменными фасадами. И даже они, посмотрев на наш проект профессиональным взглядом, сказали, что это высший пилотаж!

Нас многие спрашивают: «Зачем вам это надо?». Мол, одно дело – строить на Дворцовой площади, но зачем же ввязываться в такие изыски не в центре? Многие же место воспринимают сквозь уже устоявшийся тезис «элитка – только центр». Так думают и многие потребители, и участники рынка. А на самом деле это далеко не так. И мы своей «Победой» говорим, что дом строим не для элитного рынка, а для тех, кто любит Московский район. У нас достаточно маленькая мишень, и мы очень точно в нее попадаем. Нет задачи затащить в этот дом всех потенциальных покупателей элитной недвижимости, ищущих сегодня себе квартиру.


Победы, 5

«Рынок изменился, но не все застройщики это поняли. К сожалению, циклы у проектов такие длинные, что это понимание станет болезненным и для них, и для рынка»

— Какая тогда основная ваша задача в этом проекте?

— Совершенно четкая задача – удовлетворить запросы любителей парадной части Московского проспекта. Я и сам к таким отношусь. Ведь здесь нет сегодня выбора, рынок дорогого жилья давно уперся в ограничения, которые дает старая расселенная «сталинка». Но уезжать-то из района не хочется!

Конечно, мы часто слышим, что за такие деньги, якобы, можно выбрать что-то на Крестовском. Мы говорим им: «Выбирайте!». Но эти люди немножко лукавят. Ведь если сравнивать качественные характеристики объектов, то аналоги на Крестовском будут существенно дороже. А объекты «из прошлой жизни», которые ни по каким критериям, кроме месторасположения. Не удовлетворяют требованиям современного рынка премиального жилья – уже никому не нужны. Даже на Крестовском.

Рынок изменился, но не все застройщики это поняли. К сожалению, циклы у проектов такие длинные, что осознание этого станет болезненным и для них, и для рынка.

— Это особенно заметно в сфере загородной элитной недвижимости. Сейчас выставлено довольно много объектов, начатых пять-семь лет назад, когда требования покупателей были совершенно другими, а в итоге их не могут продать.

— В городе то же самое, просто не так контрастно. Город является более приоритетным рынком, поскольку это место постоянного проживания, а загородное жилье его заменить не может из-за ряда инфраструктурных ограничений. И отдельный застройщик не изменит общего отношения к загороду одним, пусть даже очень удачным, проектом.

В городе человек должен решать свои задачи: даже в премиальном сегменте нужно жить, где-то учиться, куда-то детей водить, нужен паркинг, планировка, разумный метраж, нужен определенный формат. И покупатель ходит по замкнутому кругу из 5-6 объектов. Это основная проблема. К сожалению, рынок плохо эволюционирует по причине скудности предложений, из-за большой ограниченности, несмотря на иллюзию выбора.

— С чем связана эта ограниченность?

— Я считаю, что это следствие слабой градостроительной политики города, и в отношении центра тоже, потому что элитный рынок мог бы быть гораздо интереснее, интенсивнее, ярче, если бы власть в градостроительном отношении старалась его развивать, сажая какие-то «якоря». Вот, например, «Набережная Европы» могла бы стать хорошим «якорем», но случилась история с переездом судов из Москвы.

Василий Селиванов


— Для инвесторов эта история стала плохим сигналом?

— Конечно. Ведь для улучшения инвестиционного климата все это неприемлемо. Я, честно говоря, считаю, что сворачивание проекта «Набережная Европы» – это плохо для рынка, плохо для города. Там бы мог возникнуть очень качественный проект среды. И, соответственно, были бы заданы сами стандарты, ведь сегодня в «элитке» такого понятия «среда» просто нет. Есть лишь домик куда-то и как-то вставленный. Проект ВТБ мог бы стать примером переориентации рынка от точечной застройки и толчком для дальнейшего развития территорий в элитном сегменте. Если бы состоялась «Набережная Европы», я считаю, что следом совершенно с другим темпом, запалом, с другим импульсом для рынка развивался бы Петровский остров.

А сейчас пропали последние предпосылки для импульсов. Они в девелопменте создаются во многом властью. Крупные федеральные объекты, например, те же суды могли бы дать мощный импульс для роста любой территории. Если бы поставили эти учреждения куда-нибудь в середину Измайловской перспективы – это как кинуть два камня огромных в пруд… Такие круги пойдут! Не просто домики вокруг начнут строиться, начнет формироваться та самая среда. И рынок всецело подчинен таким импульсам. Но они не создаются. Вот и ходим по замкнутому кругу.

«Если мы хотим, чтобы центр жил и развивался, его надо лечить»

— Вы считаете, что тренд ухода из центра будет продолжаться? Стоит ли ожидать появления новых проектов за пределами исторического центра?

— Да, он есть и будет. Это естественный тренд. Качественная территория – это не центр. Почему-то все приняли это за синонимы: «земля для элитки» и «центр». А чем центр удобен-то? Он поддерживает элитные проекты только одним – видовыми характеристиками. Но вид – это лишь один из элементов элитной недвижимости. Поменяй видовые характеристики на среду – большую, уютную и сформированную – вид потеряет свой приоритет. Люди сверхбогатые, конечно, по-прежнему будут иметь какую-то недвижимость c бесценным видом. Но такая недвижимость не имеет стоимости, это рынок назначенной цены. Такие квартиры являются статусными представительствами: «Я могу жить где угодно, у меня все уникальное, и в Петербурге у меня тоже есть такое жилье». Но оно всегда остается в сегменте единичных сделок. И это не рынок!

А как вы относитесь к защите исторического центра, к разговорам о том, что центр не должен меняться?

Я, говоря образно, отношусь к городу, и в особенности к его центру, как к живому организму. Давайте мы законсервируем организм и не будем его лечить. Что это будет? В лучшем случае – мумификация! Если мы хотим, чтобы центр жил и развивался, его надо лечить. Иногда лечение происходит путем вырывания зубов, которые уже невозможно восстановить. И ничего страшного в этом нет. У нас просто потеряна грань между исторической ценностью и исторической застройкой. Историческая застройка – это параметры, а памятник – это объект.

Я тоже против новоделов, когда сносят историческое здание и говорят: «Вот, пожалуйста, давайте мы на его месте примерно такой же фасад воссоздадим». Лет через 400, исходя из такой же логики, дома серии 600.11, «корабли» тоже станут «исторической застройкой». Давайте их сохраним и построим точно такое же – «по фасадику».

Проблема Петербурга в том, что он спрессован во времени. Если бы он застраивался на протяжении тысячи лет, то существовало бы понятие ротации объектов. И проще бы относились к тому, что «вот это надо снять» и построить что-то «заданное в параметрах».

У нас новая архитектура сегодня воспринимается как что-то страшное, в бетоне, некачественное. Это тоже плохая логика. Что-то новое не значит некачественное. Современная архитектура – это не только стекло и бетон. Но непонятно, почему всех несет постоянно в какую-то неоклассику. Балюстрады, колонны, эркеры, кронштейны – вот и получается новодел. И как будто больше нет качественной архитектуры!

У нашего времени нет своих качественных признаков. Мы не создаем ничего, что через 300 лет будет обозначать сегодняшнюю застройку как качественную. Да и историческая застройка порой построена по модели «строил какой-то купец себе доходный дом»: точно так же он экономил на проектировании и строительстве, ну как-то приукрасил фасад. Люди-то во времени не меняются. Но фасад по площади занимает десятую часть, потому что в глубину этот дом – на три колодца, ведь он доходный, коммерческий. И мы сейчас пытаемся это восстановить. Это невозможно восстановить. Да и надо ли!

«В Петербурге много мест, в которых можно создавать локальные небольшие рынки. Это места, заметно отдаленные от центра»

— В Петербурге существуют такие же перспективные локальные рынки элитной недвижимости? То есть места, у которых всегда найдется свой покупатель, проживший долгое время в одном и том же районе и не желающий никуда уезжать.

— В Петербурге много мест, в которых можно создавать локальные небольшие рынки. Это места, заметно отдаленные от центра. Например, территория от Энгельса до Сосновки, которую когда-то называли «кварталом еврейской бедноты». Он со своим микрорынком. И, я вас уверяю, что если сейчас в хорошем месте построить элитный объект, несмотря на то, что он будет вне исторической застройки, покупателей будет предостаточно. В этом районе довольно много строили в конце 90-х – начале 2000-х, но жильцам необходим новый качественный уровень, а обжитой, привычный район покидать не хочется. Они переедут в новое жилье и заплатят больше, но при условии, что там будет действительно качественный проект. Я уверяю, что уровень цен может быть выше 200 000 рублей за метр. У нас на Московском есть сделки и по 300 000 за метр – просто это то, что нужно было людям именно здесь, и они получили ответы на все свои вопросы к жилой недвижимости.

Я считаю, что развитие элитного рынка будет в таких очагах, локальных территориях. Да и вообще, говоря об идеальном сценарии развития, рынок распространится из центра в своеобразные средовые анклавы, где есть локальный спрос. Средовое разнообразие можно создать в первую очередь за счет «серого пояса». Но для этого нужны импульсы.

— Может ли «Лахта-центр» послужить подобным импульсом для территории вокруг?

— Конечно, все, что там находится вокруг, неизбежно будет развиваться. Но, территория с максимальным КПД от этого импульса будет слишком локализована. Куда там развиваться? От Лахтинского разлива справа уже все застроено, слева – малоэтажка. Конечно, туда проведут и метро, и дорогу, но это сделают как бы «в никуда». Там, безусловно, локально все будет неплохо, но город опять проигрывает в синергии.

Если бы они эту «штуку» поставили хотя бы на намывные территории, то тем самым спровоцировали бы очень бурную застройку намыва, сейчас стоящего глухо. А это ведь тоже потенциально среда не масс-маркета! Если провоцировать и давать импульсы, это могли бы быль большие и достаточно хорошие районы города, в которых бы системно консолидировался бизнес-класс. Но пока это проходит мимо.

Василий Селиванов


— В каком векторе может развиваться та часть Московского района, в которой строите вы?

— Там, где находится наш объект, все может идти только через реновацию территорий Московского района, застроенных хрущевками. Но это гораздо более сложная для развития история, чем «промка». Та же «Измайловская перспектива» – там есть вся документация, территория консолидирована с точки зрения собственности и городу надо просто включать нужные рычаги. Массовые серии, конечно, надо тоже реновировать. Но с точки зрения города, как ни цинично это звучит, логичнее и удобнее развивать промышленные территории – там единица инвестиций дает гораздо выше результат.

Город не может мерить такие вопросы прибылью или убытком. Он должен думать: «Что я такое сделаю, чтобы приблизить развитие территорий, интегрировать их в город и создать там новое качество среды для всех». Это новые магистрали, новые объекты инфраструктуры, очень важные для города и действительно нужные ему.

Вот сейчас строят новые театры, стадион. Но почему выбираются места, которые не дают городу ничего, кроме проблем и колоссальных затрат? Место на Крестовском для стадиона – это тот самый пример, когда эти миллиарды можно было бы закинуть в какое-то плохо развитое место, где сразу началась бы зачистка и преображение территории инвестиционным образом. Но, мы берем и без того самое дорогое место, да еще и тратим на него! Ведь консолидированная стоимость этого стадиона безгранична. Не важно, сколько стоит сам стадион – это все равно копейки по сравнению с тем, что надо сделать, чтоб не убить окончательно Крестовский. Зачем там нужно метро? Только для стадиона! Для этого же нужно сделать съезд с ЗСД, а это еще десяток миллиардов...

«Никто уже не меряется метрами. Покупатели дорогих квартир давно пришли к осознанию пригодности метров»

— Расскажите об идеологии SMART. В чем она заключается применительно к элитному жилью и в частности к дому «Победы, 5»?

— Если в других классах еще приходится объяснять некоторые наши разработки и у покупателей открываются глаза, то в отношении элитной недвижимости SMART-концепция очень проста в объяснении: нужно просто сделать то, чего люди ждут. Во-первых, уже давно ушли амбиции по поводу площадей. В этом плане рынок заметно эволюционировал. Никто уже не меряется метрами. Покупатели дорогих квартир давно пришли к осознанию пригодности метров. Элитный сегмент всегда предполагает трендовость, а один из новых трендов – это космополитичность владельцев жилья. Повидав мир, они не хотят жить по принципу «там – все здорово, у нас тут – как обычно». Накопив опыт и знания, они задаются вопросами разумности, понятности и эффективности. «Я должен иметь место, которое меня безусловно устраивает, а не место, о котором я буду говорить, загибая пальцы», – вот новая ценность. В доме должно быть удобно каждому члену семьи.

Во-вторых, действует логика «я живу в своем типе домохозяйства в определенном составе, и если нас двое, нам не нужно 300 метров, и 200 не нужно, хотя я могу это себе позволить». Мне просто нужны удобные метры для моей логистики, для моего образа жизни. И я точно не хочу задаваться вопросом: «А почему посередине комнаты колонна?». Я хочу пространство, которое в идеале с самого начала было бы организовано под мои потребности, и хорошо, если кто-то подумал об этом заранее. Чтобы потом не ввязываться в бесконечную переделку и бесконечные ненужные согласования «дырок в несущей стене». Всегда было понятно, что колонна в центре гостиной родилась не потому, что нужна жильцам, а потому, что так было удобно застройщику.

SMART в «элитке» проще, чем в массовом сегменте. Ответы более очевидны. Создавая «Победу», мы руководствовались такой логикой: да, конструктив у нас будет дорогой, потому что у нас нет несущих стен внутри квартиры. Не потому, что это удобно или неудобно, а давайте просто сделаем так, чтобы их не было вообще. Мы предложим свою логику организации пространства, но человек будет свободен. Абсолютно!

Конечно, мы руководствовались мировым опытом. Мастер-спальня – в стандарте мировой элитной недвижимости – это очевидный набор параметров. А российские дизайнеры до сих пор вынуждены придумывать, как бы разместить гардеробную и санузел рядом со спальней, чтобы удобнее было голышом бегать по коридору… И хотя совершенно понятно, что это просто нелепо в элитной недвижимости, но 90% предложения «премиального» рынка сегодня именно таково.

А ориентация по сторонам света? И об этом мы подумали. Гостиная должна быть там, где ты проводишь время, и в это время хотелось бы захватить солнце. Так уж случилось, что улица Победы северо-западной ориентации, и на юге получаются детские комнаты, они хорошо освещены южным солнцем, а весь вечер, весь закат приходит в окна тех зон, где члены семьи по вечерам собираются вместе.

— Про освещение очень интересно. Довольно редко этот параметр упоминается девелоперами в списке преимуществ объекта.

— Да, в борьбе за метры и деньги мы часто видим планировки «стаканами». Где-то там окно, и вроде комната-то 30 метров, но она наполовину темная и ничего с этим не сделаешь, потому что она так спроектирована. Потому что боролись за метраж и пилили не как удобно людям, а как получается, чтобы побольше метров продать.

Победы, 5

— За счет чего достигается эффект хорошей освещенности в вашем доме? Есть ли какие-то особенности планировок?

— У нас был важный критерий — все гостиные должны лежать вдоль фасада. У нас есть гостиные по 70 квадратных метров, они могут быть глубиной 5 метров, но такое помещение непременно расположено вдоль фасада. Оно естественным образом освещено, даже если нет солнца. Ведь и окно, выходящее на север, дает естественное освещение, но только если комната не глубокая. А случается и наоборот: комната на юг, но окно узкое и смещено в угол от комнаты, результат — 80% комнаты будет слабо освещено.

Также мы исходили из не совсем характерного для нас, России, стандарта, который мы стараемся популяризировать. Он заключается в том, что кухня, как и любые хозяйственные и технические помещения, не должна съедать естественный свет. Не обязательно кухне располагаться у окна, ведь она всегда, когда ей пользуются, имеет искусственное освещение. У окна нужно размещать стол, где обедают, а не готовят.

И таких аспектов много. Вот, например, один из наших хитов – апартаменты 175 метров. КПД по функционалу, если сравнивать со всем остальным рынком, значительно выше метража. Есть гостиная 75 метров по фасаду, светлая, не глубокая. Зона столовой — эркер, откуда видно зеленый бульвар. Мастер-спальня — в данном случае это вариант с окнами на восток, для тех, кто живет в нормальных ритмах, а не ночной жизнью. Вот гардероб, санузел с окном, две детских, все хозяйственные помещения. И при этом внутри этой квартиры нет несущих стен, потому что мы вынесли их на периметр. Да, это дороже, но против этого мы получаем высочайшую ликвидность объекта.

— Часто ли покупатели хотят внести изменения в существующие планировки? Ведь отсутствие несущих конструкций упрощает любые переделки.

— Показательным для нас является то, что на сегодняшний момент из тех клиентов, которые купили у нас квартиры, пока никто не собирается ничего переделывать. Для «элитки» это нонсенс! Во многом это обусловлено тем, что в доме всего 51 квартира, но среди них — 12 самостоятельных типов планировок. Каждый может выбрать для себя то, что ему удобно. Не хуже и не лучше, а строго под собственные предпочтения и потребности. И там есть заранее организованные и продуманные пространства.

Средний метраж у нас 130 метров. 110 — это метраж хорошей «сталинки», которого всегда «чуть-чуть не хватает». У нас есть клиент, у него квартира больше 200 метров, из трех расселенных «сталинок». Он говорит, что не может в своих метрах получить КПД, который у нас реализован в 140 метрах. Также очень сложно получить однородную социальную среду в подъезде. Раз в год они с соседом скидываются только на то, чтобы покрасить подъезд. Паркинга своего опять же нет. А ведь это парадная «сталинка». Но он приходит к нам и покупает квартиру меньшей площади.

— Сколько квартир уже продано?

— Мы продали 20 квартир.

— Существуют ли в доме предложения по пентхаусам?

Наверху есть две трехсторонние видовые квартиры, и еще одна квартира в центре. Она обладает рядом особенных преимуществ. Квартира не очень большая с точки зрения представления о пентхаусах – 256 квадратных метров, но в ней заложен функционал четырехсотметровой квартиры. Во-первых, она имеет два входа – парадный и для персонала. Во-вторых, у нее идеально решен вопрос освещенности – гостиная 70 метров вдоль фасада, кабинет, который тоже можно заменить на спальню, по желанию. Там 100 метров вида на закат, на северо-запад. В гостиной огромные панорамные окна. Плюс две детских и большая мастер-зона. Потолки – 3.3 метра. Кухня и все технические помещения (например, прачечная) объединены в отдельный модуль, работа в котором не мешает жизни хозяев. В общем, полный комплект преимуществ!

— Эта квартира еще не продана?

— Нет, она еще в продаже.

— Какие коммерческие помещения вы планируете разместить на первом этаже?

— У нас два помещения, одно из них на фасаде. Были предложения по поводу ресторана, но я не уверен, что это хорошо для дома. Ресторанная технология потребует серьезных компромиссов. А ресторан хорошего уровня, который удовлетворял бы потребностям жителей только этого дома, сделать сложно – значит будет постоянным приток народа извне, а это создаст определенные неудобства для жителей, особенно в вечернее время.

Мы говорим тем, кто интересуется этими помещениями, что нам важно точно знать, что здесь будет расположено. Мы, конечно, не сможем повлиять на будущего собственника, но хотели бы предсказуемости и понимания. Удобнее всего, если тут будет vip-сервис очень ограниченного потока, например, отделение прайват-банка. Что-то небольшое, не откровенно ритейловое. То, что не будет негативно влиять на дом.

Инфраструктура в доме — сложный вопрос, с которым я много раз сталкивался. Она хороша только в больших средовых проектах. Бессмысленно создавать инфраструктуру в отдельно взятом небольшом доме — она работать не будет. Что-то серьезное всегда требует рынка, а отдельно взятый дом рынок не обеспечит. Люди очень требовательны к уровню комфорта, а в отдельном небольшом доме такого не добиться.

— Каким будет средний размер коммунальных платежей в доме «Победы, 5»?

— Уровень, который обеспечивает качественную эксплуатацию, постоянное поддержание удобства, без разборок вроде «кто разбил стекло в коридоре», с постоянной уборкой и чистотой паркинга — это от 120 рублей за метр.

— Кто ваши покупатели? Это топ-менеджеры, владельцы компаний или чиновники?

— Та демографии, которая сейчас сложилась – это серьезные топ-менеджеры либо собственники бизнеса. Потому что средняя квартира 130 квадратных метров начинается от 25 миллионов рублей.

— Как изменился покупатель элитной недвижимости за те десять лет, которые вы работаете в девелопменте?

— Он приходит и говорит: «Я много путешествую, много езжу за границу, но живу-то я здесь и хочу такого же качества». Появилась требовательность к объектам, и она возрастает. Люди видели, пробовали, трогали… Они понимают, что такое мастер-зона, потому что жили в хороших отелях. Они прекрасно понимают, что такое гостиная вдоль фасада, потому что оценили где-то. Они вправе требовать это и у себя дома, голосуя рублем.

«Наша задача не в том, чтобы строить объекты и «рубить бабло», а чтобы каждый наш объект был вкладом в бренд»


Василий Селиванов

— Вы активно работаете над формированием бренда LEGENDA, и он уже стал довольно узнаваемым. В каком направлении будет дальше двигаться развитие вашего бренда?

— Любой стабильный бизнес строится на формировании устойчивого восприятия «эта компания — такая-то». Наша задача не в том, чтобы строить объекты и «рубить бабло», а чтобы каждый наш объект был вкладом в бренд. Все, что мы сейчас делаем дает устойчивость в очень долгосрочной перспективе. Если ты ставишь себе долгосрочные горизонты в развитии бизнеса, ты неизбежно, делая каждый шажочек здесь и сейчас, наполняешь свой бренд смыслом. Я считаю, что это единственная вещь, на которой стратегически можно и нужно зарабатывать. Условия, по большому счету, на рынке для всех одинаковые. Чем масштабнее конкуренция, тем ближе и доступнее для всех ресурсы. И выгоды, и рынок – одинаковы. А отличать одну компанию от другой будет надбавка за бренд. И именно бренд выведет вперед или оставит позади.

— Вы решили не разделять бренд для премиального и массового сегментов?

— Мы не будем разделять бренд. В масс-маркете мы называем это LEGENDA SMART, но и в премиальном сегменте мы — LEGENDA. И этому есть логичное объяснение: творческие возможности и технологии премиального сегмента шире, но просчитав и попробовав что-то тут — мы можем применить это к любому сегменту рынка. Это как участие в «Формуле-1» для автомобильных концернов – там они создают новые технологии и решения, которые потом идут на конвейер.

— Как по-вашему, в чем секрет успеха в бизнесе?

— Надо верить в то, что ты делаешь, и делать то, во что веришь. Если веришь, то все работает и все получается. Это мое внутреннее ощущение. Нужно подходить ко всему разумно и мыслить долгосрочной перспективой.

Фото Сергея Ермохина


Василий Селиванов

Родился в 1976 году в г. Алма-Ате.

В 1998 году окончил Санкт-Петербургский университет экономики и финансов по специальности «Финансы и кредит».

С 1997 по 2000 год работал в ОАО «Балтийский банк» в управлении по работе с корпоративными клиентами.

В 2000 году пришел в ЗАО «Финансово-строительная компания «Петербургская Недвижимость» на должность заместителя финансового директора.

В 2001 году назначен директором финансово-экономического департамента.

В 2004 году занял должность генерального директора ООО «Строительная Компания «Петербургская Недвижимость», переименованного в 2006 году в ООО «Сэтл Сити» (Setl City).

2006-2010 гг. — период активного роста и глубокой реструктуризации компании, в результате которой появился холдинг Setl Group, а компания Setl City, входящая в структуру холдинга, под руководством Василия Селиванова вошла в пятерку крупнейших игроков первичного рынка недвижимости Санкт- Петербурга и Северо-Запада.

В общей сложности под руководством Василия Селиванова было реализовано около 30 проектов.

Первый проект компании LEGENDA Intelligent Development — премиальный дом «Победы, 5».

Женат, есть дочь, сын.

Хобби — горные лыжи, автомобили, охота.

8 Сентября 2013




Специальные предложения элитной недвижимости
Квартира, Sобщ 52 — 230 кв.м
Московский квартал
Коттеджный поселок, Sобщ 330 кв.м
Дом в поселке «Юкки. Горки СПб»
135 000 000

Замена фасадного остекления на теплое. Проект идеальная квартира

Последние несколько лет в интерьерном дизайне актуальна тема объединения балкона или лоджии с жилой площадью квартиры, что по сути увеличивает инвестиционную привлекательность жилья с минимальными затратами

Sony выпустила новые флагманские модели телевизоров с поддержкой 4K HDR

Sony представляет телевизоры BRAVIA OLED серии A1 и новую линейку 4K HDR-телевизоров, поднимающих реалистичность и контрастность изображения на новый уровень

Smeg представила новинки в эксклюзивном дизайне Victoria

Изначально включавшая в себя варочные центры, удостоенные международного признания и наград, недавно серия дополнилась и встраиваемой техникой